Интервью: «Нам нужно глобальное движение за мир и разоружение, и активные женщины должны возглавить его».

Соня Локар, 77 лет, — выдающаяся профессор французского языка и социологии, бывшая профессиональная политическая деятельница и активистка международного гражданского общества из Словении. Будучи страстной сторонницей мира и прав женщин, она работала как в бывшем социалистическом парламенте, так и в первом многопартийном парламенте и организовывала региональные инициативы, такие как Сеть по гендерным вопросам в странах Центральной и Восточной Европы. В настоящее время Соня является международной эксперткой по вопросам гендерного равенства, сотрудничающей с агентствами ООН, Советом Европы и другими организациями. Она продолжает отстаивать расширение политических прав и возможностей женщин и возглавляет Женское лобби Словении, написав более 300 статей и выпустив несколько руководств.

Вы были пионером в области гендерного равенства и миростроительства в Европе и за её пределами. Что вдохновило Вас посвятить свою жизнь этому делу?

У меня не было выбора. В нашей части света за последние 150 лет каждое поколение переживало свою войну. Я поняла, что мы, женщины, — важнейшие участницы, способные положить конец этой ужасной традиции.

Как изменилось положение женщин в сфере мира и безопасности с тех пор, как Вы начали свою активистскую деятельность?

Я родилась в социалистической федерации Югославия, стране, возникшей после яркого освободительного движения во Второй мировой войне, где женщины объединились в Антифашистский женский фронт. Эта массовая организация сделала их неотъемлемой частью освобождения и послевоенного восстановления, опорой эмансипации женщин в Югославии после Второй мировой войны. Мы жили в тени надвигающейся Третьей мировой войны и, что ещё хуже, глобальной ядерной войны. Чтобы предотвратить это, социально и политически активные женщины моей страны активно участвовали в политике мира движения неприсоединения и в политике гендерного равенства ООН, например, в Десятилетии женщин ООН под лозунгом «Равенство, развитие и мир». Альтернативой глобальному конфликту было титовское «активное мирное сосуществование» всех суверенных государств и освобождение стран третьего мира от колониального гнёта. В восьмидесятые годы возникло новое, независимое феминистское движение, которое стало частью этого процесса, протестуя против попыток дополнительных инвестиций в вооружение и милитаризацию общества. К сожалению, оно было далеко от единства, массовости и социального воздействия Антифашистского женского фронта. Призывы к мирному решению югославского кризиса и равному политическому участию женщин провалились. После первых свободных выборов 1990 года во всех республиках Югославии представительство женщин в парламентах и ​​правительствах сократилось с 25% в 1986 году до 2, 3, максимум 11%. 

Решения о начале войн за передел границ будущих новых национальных государств, образовавшихся после распада Югославской федерации, принимались без участия женщин. Попытки активных женщин предотвратить эти войны уличным протестом провалились. В серии вооруженных конфликтов с 1991 по 1999 год миллионы людей были перемещены и стали беженцами или вынужденными переселенцами, сотни тысяч были убиты, многие, неизвестно сколько, женщин пережили изнасилования в целях усиления этнических чисток, остались без крова, работы, вдовами и потеряли детей. Всё, что потерпевшее поражение женское движение за мир смогло сделать в этих войнах, – это превратиться в поддержку женщин, пострадавших от военного насилия. Также они помогали во время встречи женской НПО «Хуаро» и в ходе правительственной части Пекинской конференции ООН в определении изнасилования во время войны в качестве международного преступления против человечности.

Можете ли Вы рассказать о решающем моменте, когда воочию увидели влияние включения женщин в мирные процессы? Какие стратегии оказались наиболее эффективными в повышении лидерской роли женщин в миростроительстве?

Для активных женщин из бывшей социалистической Югославии это был момент заключения Пакта стабильности для Юго-Восточной Европы летом 1999 года. Это был масштабный межправительственный план, аналогичный плану Маршалла после Второй мировой войны для Западной Европы, по восстановлению Балкан после войны, содействуя экономическому, социальному и политическому возрождению и нормализации демократической ситуации. В тот момент, в июне 1999 года, мейнстримная международная политика даже не рассматривала женщин как важнейшую движущую силу примирения и послевоенного восстановления. Но активные женщины из Боснии и Герцеговины знали лучше. Ещё до того, как была принята резолюция 1325 Совета Безопасности ООН, им удалось найти способ официально представить интересы, потребности и просьбы женщин на трёх столах Пакта стабильности. В тот момент я работала из Будапешта в качестве исполнительного директора Сети по гендерным вопросам Центральной и Восточной Европы (CEE Network for Gender Issues), сети женщин-социал-демократов, созданной в 1994 году и объединяющей феминисток из 28 преимущественно бывших социалистических стран. Эта сеть работала в тесном сотрудничестве со 150 НПО и политически активными женщинами из центристских и левых политических партий, женщинами в парламентах и ​​правительствах, активистками из феминистских НПО, академических кругов, профсоюзов и СМИ в государствах, возникших на территории бывшей Югославии, а также с активистками из соседних с ней стран. Всё началось с Обращения, инициированного женщинами из Боснии и Герцеговины, которое я скоординировала и отправила руководству Пакта стабильности. За неделю мы собрали более 180 подписей со всех Балкан и из стран Центральной Европы. Это Обращение стало нашей Резолюцией 1325, в которой говорилось, что мы устали быть жертвами агрессивной политики, ориентированной исключительно на мужчин, и что мы требуем равного формального участия в принятии Пакта стабильности. Благодаря поддержке Миссии ОБСЕ в Боснии и Герцеговине нам удалось привлечь внимание лидера Пакта стабильности и получить его обещание включить женщин в этот процесс. Нам потребовались значительные усилия и лоббирование, чтобы создать так называемую Целевую группу по гендерным вопросам Пакта стабильности – первый механизм гендерного равенства в межправительственной региональной миротворческой инициативе – и организовать её так, как считали нужным активные женщины с Балкан. Эта Целевая группа по гендерным вопросам действовала десять лет, и её главным наследием стало важнейшее расширение политических прав и возможностей женщин во всех семи странах послевоенного Балканского полуострова. Со среднего показателя менее 7% в 2000 году доля женщин-депутатов парламента выросла до 27% в 2009 году, и во всех этих странах активным женщинам удалось ввести эффективные правовые квоты и создать механизмы обеспечения гендерного равенства, а также прочную основу современного законодательства в этой области. Главным достижением Целевой группы по гендерным вопросам стало то, что её работа дала устойчивые результаты даже после её закрытия в 2009 году. Основываясь на её работе, женщины-активистки из всех партий и социальных слоёв в 2011 году разработали комплексный план действий по устойчивому развитию Сербии с учётом гендерных аспектов.

Что, по вашему мнению, является самым большим нерешённым делом в рамках повестки дня «Женщины, мир и безопасность»?

Глобальная повестка неделимых всеобщих прав человека для всех подвергается нападкам со всех сторон. В таких ситуациях гендерное равенство рискует вновь оказаться неактуальным. Сегодня нам необходимо понимать, что Повестка дня «Женщины, мир и безопасность» никогда не была ориентиром только для женщин, работающих в регионах, которым напрямую угрожают войны или которые уже вовлечены в них. Сегодня это приоритетная повестка дня для всех активных женщин во всём мире. Я думаю, что нам необходимо гораздо лучше осознать необходимость переключить наше внимание на предотвращение войн, их прекращение, на исцеление военных травм, на социальное равенство и безопасность человека во всем мире, на организацию давления на избранных лидеров, чтобы они говорили, а не воевали, и на нас самих, на создание прочных широких национальных, региональных и глобальных коалиций за разоружение и справедливый «зеленый» переход. Нам крайне необходимо глобальное движение за мир и разоружение, и активные женщины должны быть лидерами в этой инициативе.

Как 25-летняя молодежь может способствовать прогрессу и инновациям в региональной мирной повестке дня в преддверии 25-летия Всемирного дня мира и безопасности?

Мне 77 лет. Я чувствую, что не имею права отвечать на этот вопрос, тем более что молодежь уже невероятно изобретательно и бесстрашно борется за лучший, менее жестокий, менее опасный, более сострадательный и равноправный мир. Взгляните хотя бы на кампанию за бесплатный доступ к абортам для всех нуждающихся в ЕС «Мой голос, мой выбор»: эта гражданская инициатива в ЕС собрала миллион 120 000 подписей менее чем за 10 месяцев. Взгляните на трёхмесячные мирные студенческие протесты в Сербии, требующие подотчётности от избранных должностных лиц. Движение призывает к созданию авторитетных, профессиональных институтов, действующих в рамках своих полномочий, и к искоренению коррупции. В основе этих протестов лежит твёрдое требование верховенства права и защиты демократических принципов. Движение, возглавляемое преимущественно молодёжью, побудило правительство Словении пересмотреть свою позицию по вопросу признания палестинского государства в ответ на израильскую политику апартеида, беспощадное присвоение палестинских земель и геноцидное возмездие за неприемлемое нападение ХАМАС на мирных жителей Израиля 7 октября.

Всё, что я могу предложить, – это сотрудничество, координация действий, совместная работа против любых форм насилия и войны, несмотря на все наши различия, все поколения и разрыв между мужчинами и женщинами.

Эта статья опубликована в рамках кампании «Прошлое, настоящее и будущее женщин, мира и безопасности», приуроченной к 25-й годовщине резолюции 1325 Совета Безопасности ООН, чтобы прославить силу мира. Цель кампании — способствовать более глубокому диалогу о равенстве, справедливости и мире, отдавая дань уважения наследию и усиливая голоса 25 женщин-первопроходцев из Европы и Центральной Азии, чей значительный вклад преобразил их сообщества, общество и не только. Содержание отражает личные взгляды и опыт автора(-ов) и не обязательно отражает официальную позицию Структуры «ООН-женщины», её партнёров или Организации Объединённых Наций.